Раздел » Морфология
Морфологичечкий разбор 1. никогда(мест) 2. никого(мест) ТОЛЬКО МОРФОЛОГИЧЕСКИЙ, А НЕ МОРФЕМНЫЙ.
Самостоятельно или с помощью орфографического словаря подберите по два сложных существительных с иноязычными морфемами авиа- аэро- авто- теле- термо- микро- агро- радио- вело- электро-
Все предложения разберите по главным и второстепеным членам. Пеший конному не товарищ. сошлись голый с босым. за одного умного двух глупых дают, да и то не берут. сытый голодного не разумеет.
Разобрать слово по цифре 1 полностью
Проспрягайте (измените по числам и лицам) глагол "спешить" в форме настоящего времени.
Разобрать слова по составу слово держать, разучилась, вынес, уколотся
Крик
Стоял осенний тёплый ясный день, везде в воздухе была разлита мягкая розоватая дымка, осыпались с тополей листья, летели, скользили по асфальту мостовой, мелькали мимо пригретых бабьим летом стен домов на узкой московской улице. В этом тихом уголке до ступиц утопали в шуршащих ворохах осеннего золота колёса машин, как бы покинутых хозяевами и грустно стоявших в долгом одиночестве вдоль обочин, сухие листья лежали на крыльях, на радиаторах, собирались кусочками на ветровых стёклах. Я шёл, слушал хруст под ногами и думал: «До чего хорошо ощущение этого тихого дня и как хороша поздняя солнечная осень – её ветерок, её винный запах, её листья на тротуарах и машинах, её тепло и её горная свежесть…» Где отгадка этой тайны? Никогда я вот так не замечал, как добра природа в своём обновлении и утратах. Да, да, всё естественно, прекрасно!
И вдруг… Мне показалось: где-то женщина кричала, это было в доме, над этими безлюдными тротуарами, одинокими, засыпанными листьями машинами.
Я вздрогнул, остановился, поднял голову, глядя на окна, освещённые солнцем, пронзённый неожиданным страшным криком боли, страдания, как будто там, на верхних этажах обычного московского дома, пытали человека, заставляя его корчиться, извиваться в муке под калёным железом. Они были все одинаковы, эти окна, были уже по-предзимнему закрыты наглухо. Крик женщины то затихал наверху, то нарастал нечеловеческим воплем, визгом и рыданиями последнего отчаяния, какое бывает перед холодом небытия и бездной…
Что там было? Кто мучил её? Зачем? Почему она рыдала так страшно?
И всё прекрасное погасло во мне: и благословенный московский листопад, и свет осеннего дня, и умиление естественной прекрасной порой бабьего лета. Счастье вдруг обернулось жгучей (-им)… Почудилось, что кричало от непереносимой боли само человечество, потерявшее ощущение великого и единственного блага всякого сущего – радости неповторимого своего существования.
По Ю. Бондареву
Стоял осенний тёплый ясный день, везде в воздухе была разлита мягкая розоватая дымка, осыпались с тополей листья, летели, скользили по асфальту мостовой, мелькали мимо пригретых бабьим летом стен домов на узкой московской улице. В этом тихом уголке до ступиц утопали в шуршащих ворохах осеннего золота колёса машин, как бы покинутых хозяевами и грустно стоявших в долгом одиночестве вдоль обочин, сухие листья лежали на крыльях, на радиаторах, собирались кусочками на ветровых стёклах. Я шёл, слушал хруст под ногами и думал: «До чего хорошо ощущение этого тихого дня и как хороша поздняя солнечная осень – её ветерок, её винный запах, её листья на тротуарах и машинах, её тепло и её горная свежесть…» Где отгадка этой тайны? Никогда я вот так не замечал, как добра природа в своём обновлении и утратах. Да, да, всё естественно, прекрасно!
И вдруг… Мне показалось: где-то женщина кричала, это было в доме, над этими безлюдными тротуарами, одинокими, засыпанными листьями машинами.
Я вздрогнул, остановился, поднял голову, глядя на окна, освещённые солнцем, пронзённый неожиданным страшным криком боли, страдания, как будто там, на верхних этажах обычного московского дома, пытали человека, заставляя его корчиться, извиваться в муке под калёным железом. Они были все одинаковы, эти окна, были уже по-предзимнему закрыты наглухо. Крик женщины то затихал наверху, то нарастал нечеловеческим воплем, визгом и рыданиями последнего отчаяния, какое бывает перед холодом небытия и бездной…
Что там было? Кто мучил её? Зачем? Почему она рыдала так страшно?
И всё прекрасное погасло во мне: и благословенный московский листопад, и свет осеннего дня, и умиление естественной прекрасной порой бабьего лета. Счастье вдруг обернулось жгучей (-им)… Почудилось, что кричало от непереносимой боли само человечество, потерявшее ощущение великого и единственного блага всякого сущего – радости неповторимого своего существования.
По Ю. Бондареву
определить проблему и позицию автора.
Почему в слове деревню окончание -ю?
Следующие прилагательные распредели в три колонки в зависимости от части речи, от которой они образованы. Графический покажи способ словообразования. Сколько колонок у тебя получилось? Зубасты, колкий, узорчатый, талантливый, скрипучий, беленький, плавательный, большущий, пуховый.
Выпишите из 3-го и 4-го абзацев по три словосочетания на каждый способ связи. Определите их значени.
Война-это письма, которые ждут и боятся получать, это особая обнаженная любовь к добру и особая жгучая ненависть к злу, к уничтожению и смерти. Это погибшие молодые жизни, это несбывшиеся надежды, ненаписанные книги, несовершившиеся открытия.
В войну мое поколение научилось любить и верить, смеяться и плакать. Мы научились ценить то, что в мирные дни кажеться обыденным: случайно увиденная на улице улыбка женщины, парной майский дождик в сумерках, смех ребенка и первое самостоятельное решение.